Берлинские художницы в "золотые" 1920-е годы

Двадцатые годы в Берлине были куда большим, чем просто эпохой культурного подъёма, - они стали следствием глубоких общественных потрясений. Поражение в Первой мировой войне, крушение монархии и провозглашение Веймарской республики в 1918 году расшатали старый порядок и открыли пространство для новых общественных сил - в том числе для крепнущего женского движения, которое заявило о себе и в искусстве, и в культуре.

Центральным символом этих перемен стало избирательное право для женщин, введённое в 1918 году, а также постепенное открытие академических институтов для женщин. С 1919 года женщины впервые получили право учиться в Берлинской академии художеств - право, которого их прежде лишали и которое многих вынуждало к художественной эмиграции или обучению в частных художественных школах. Жанна Маммен училась в Брюссельской академии, Ханна Хёх избрала путь через берлинскую Kunstgewerbeschule. Лотте Лазерштейн принадлежала к поколению первопроходцев, которые напрямую воспользовались этим открытием, - и нашла в академии женские образцы для подражания среди преподавателей: Кете Кольвиц, а позднее Рене Синтенис, что было двойным нарушением табу.

Художницы создавали свои работы в городе, разрывавшемся между инфляцией и модернизацией, между политической радикализацией и культурным взрывом, - одновременно столице авангарда и сейсмографе глубоких общественных противоречий. Насколько непосредственно это напряжение отражалось в искусстве, убедительно показывает выставка "Ruin und Rausch" в Neue Nationalgalerie.

По этому случаю искусствовед Томас Р. Хоффманн сопоставит работы Маммен, Хёх, Лазерштейн, Кольвиц и Синтенис в содержательном диалоге и задастся вопросом: как эти женщины - аутсайдеры в мире искусства и свидетельницы эпохи перемен - воспринимали, осмысляли и формировали своё время.

Фото: Томас Хоффманн (c) Хелен Николаи